Noldo_Ecthelion (noldo_ecthelion) wrote,
Noldo_Ecthelion
noldo_ecthelion

Categories:

Ганс Лемке "Маркиз де Сад и дух капитализма"

В продолжение разговора о либертинах прорекламирую  большую статью Ганса Лемке https://www.facebook.com/people/Gans-Lemke/100006445905223 на Социальном компасе - "Маркиз де Сад и дух капитализма" полностью по ссылке

http://www.socialcompas.com/2020/01/04/markiz-de-sad-i-duh-kapitalizma/

Несколько цитат

"Но люди более осведомленные, разумеется, в курсе, что герои де Сада – не просто персонажи порнографических произведений, но носители определенной жизненной философии, которую сам де Сад именует «либертинаж», а её приверженцев – «либертинами»."

В сущности, сексуальное раскрепощение, практикуемое либертинами, важно для де Сада не столько с точки зрения замысла, сколько с точки зрения его персональных пристрастий и исторической обстановки французского Просвещения, для литературы которого характерно смешение политических и социальных тем с эротикой (см. «Орлеанскую девственницу» Вольтера). Гораздо важнее для понимания сеттинга де Сада то, что, по сути, он представляет из себя воплощение «категорического императива Канта наоборот» — отношение к каждому человеку как к средству, а не как к цели (при том, что либертины, подобно кантианцам, выступают – по крайней мере, на словах — за утверждение своего стандартного поведения как всеобщего закона устройства социума).

...

Так десадовская аскеза — предвестник сегодняшней рыночной, и через умерщвление человечности органически связано с духом современного капитализма: здесь либертины предвосхищают либертарианцев, с одной стороны, правозащитников с их «гуманитарными бомбардировками», с другой.

о сути именно в такой «объективации» других людей и заключена цель либертинов. Для либертина существует лишь он и мир как комплекс его ощущений...

По сути тут де Сад предвосхитил аргументацию многих сторонников неограниченного рынка, для которых лучший способ искоренить некий порок, скажем, проституцию, азартные игры или наркоманию – это его декриминализовать и подчинить рынку, как бы включив в окружающую среду, о которой не спорят (в отличие от личных поступков, вызывающих чувства вины и могущих стать предметом моральной рефлексии).

...

Разница, правда, состоит в том, что если либертарианцы, начиная с Айн Рэнд, позиционируют капитализм как общество, основанное не на принуждении, а на «свободе» (свобода соглашений, более или менее принудительных для участников, без истинной возможности выбора альтернатив, по умолчанию отождествляется с просто свободой, важной для всех) – подразумевающем, правда, наказание за его невыполнение — то вся «либертинская» эстетика строится как раз на смаковании грубого насилия, подчиняющего чужую волю.

...

Сеттинг де Сада устроен по принципу «побеждает самый жестокий, подлый и беспринципный»: идея торжества порока над добродетелью является стержневой для «Жюстины» и «Жюльетты» соответственно, и неизменное преуспеяние либертинов вытекает именно из их же неизменной порочности.

...

И «Природа» либертинов, и «Невидимая Рука Рынка» в сущности выступает в роли деперсонализированного божества, покровительствующего «лучшим и успешным» (у де Сада – лучшим и успешным в либертинаже, у рыночников – лучшим и успешным в экономической сфере).
...
В этом подходе квазирелигиозный провиденциализм сочетается с характерной для христианской цивилизации верой в свободу воли. У Мизеса «анонимные рыночные силы» сочетаются с представлением рыночной экономики как «экономической демократии», где рынок обслуживает желания потребителей. В десадовском сеттинге почитаемая либертинами Природа всемогуща, но это свое всемогущество использует в первую очередь для того, чтобы либертины могли максимально утолить свои желания.

...
Но это порождает логичный вопрос – если преуспеть технически может каждый, то откуда же берутся не преуспевшие? Ответ, «логическим» образом вытекающий из вышеописанной картины мира – это то, что не преуспевшие недостаточно хотели этого преуспеяния.
...
В сущности, де Сад в куда большей степени может считаться предтечей современного рыночно-фундаменталистского мировоззрения, чем пресловутый Адам Смит. Символичен эпизод из жизни Сада, когда он, преследуемый властью за склонность к истязанию проституток, услуги которых покупал, выразил этим открытое недовольство – исходя именно из принципа, что любая «добровольная» сделка априори легитимна:
...

Даже гордящемуся одинокой жизнью Минскому, который утверждает, что он «достаточно могущественен, чтобы ни в ком не нуждаться», в действительности требуется гарем рабов для сексуальных и каннибальских утех. Остальные либертины, вовсю вращающиеся в свете, тем более зависят от этого общества.

Более того, либертины не могут распространить идеологию абсолютной свободы на весь социум; да и не хотят, ведь тогда исчезнут те самые «добродетельные», которые являются для них идеальными жертвами.
...
Истина состоит в том, что общество, принявшее либертинизм в качестве общей идеологии, а не привилегии элиты, непременно погибнет. Либертинизм – в той или иной степени во всяком классовом обществе – предназначен лишь для «сливок общества», поскольку именно в запретном их представители находят сладость. Поэтому, кстати, неверны консервативные антиутопии о обществе «либерального апокалипсиса», в котором тотальный разврат предпишут всем людям без исключения.

Tags: Общественное, Размышления, либертины
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment